Самозванство и самозванчество на Урале - Строительство

Самозванство и самозванчество на Урале

О самозванстве и самозванчестве

Как известно, самозванство и самозванчество распространились в России с начала XVII в. Лжедмитрий I и Лжедмитрий II явились первыми претендентами на царский трон без законных на это оснований. Тем не менее, десятки и сотни людей, окружавших их, верили в истинность их царского происхождения.

В течение XVII и XVIII вв. появилось немало самозванцев.

Только Петром III называли себя более десятка человек. А сколько было «великих князей», «чиновников особых поручений» и просто «чиновников», «курьеров», «генералов» и т.п. лиц, не имевших на самом деле ничего общего с теми, за кого они себя выдавали. Самое любопытное, что они не только окружающих могли уверить в своем «благородном» происхождении, но и сами верили в это.

Современные исследования самозванчества и самозванства позволяют объяснить эти распространенные в России XVII— XVIII вв. явления особым типом народного сознания. Его называют мифологическим. Нам, людям XXI в., не просто понять смысл его.Тем не менее, попробуем разобраться. Для нас это важно, потому что с самозванчеством связаны многие народные выступления на Урале, а Крестьянская война 1773—1775 гг. была прямым и наболее мощным проявлением самозванства и самозванчества.

В народном сознании существовало представление, что подлинным царем является тот, кто избран на это самим Богом. Среди народа существовало поверье, что такой человек должен иметь особые на своем теле отметины — «царские знаки». Богоизбранный царь представлялся как царь-избавитель, спаситель народа от существующих несправедливостей.

Чтобы понять доверие людей XVII—XVIII вв. к самозванцам, надо иметь в виду, что они находились в особой атмосфере религиозного ожидания «конца света» и одновременно надежды на появление пророков (мессии), цель которых — в спасении человечества. Царь-избавитель в народном сознании нес в себе черты и реального человека и пророка. В представлении простых людей не тот царь, что сидит на троне, а тот, кто избран Богом и должен прийти во имя их спасения.

В народном характере того времени весьма распространенным становился тип людей, способных и готовых пострадать за общее дело. Этими чертами обладали и самозванцы, появлявшиеся, как правило, в условиях социальных катастроф и роста социального протеста низов.

Слухи о Петре III и самозванец Фёдор Каменщиков

Во второй половине XVIII в. почти все явления, связанные с самозванчеством на Урале, сходились на имени Петра III. Вскоре после дворцового переворота 1762 г. и убийства Петра III по стране стали распространяться слухи о том, что он чудом спасся, скрывается и готовится при народной поддержке восстановить свои права на трон, а бояр-притеснителей лишить власти.

С 1763 — 1764 гг. до конца столетия слухи о спасшемся Петре III стали быстро расходиться по Уралу. Местом, откуда изначально пошла молва, стала Чебаркульская крепость на Южном Урале. Казак Конон Белянин рассказывал своим товарищам о скрытных приездах царя Петра Федоровича с оренбургским губернатором генералом Волковым в крепость. Эти рассказы произвели большое впечатление на другого казака этой же крепости — Федора Ивановича Каменщикова, имевшего еще и прозвище Слудников.

Ф. И. Каменщиков-Слудников был рядовым казаком и натерпелся от своего начальства немало обид и несправедливостей. Известно, что еще в 1761 г. он составил челобитную, в которой раскрыл различные злоупотребления казачьих старшин: незаконные денежные и натуральные поборы, обвесы пороха, принуждение к работам, не связанным с несением службы и т. п., за что и оказался в Троицкой тюрьме, в которой с перерывами пребывал до 1765 г.

О преследованиях чебаркульского казака вскоре стало известно окрестным крестьянам. Встречи с ним как защитником общественных интересов стали искать крестьяне Зауралья — Масленского острога, Далматова монастыря, т.е. тех мест, где недавно шли бои крестьян с войсками. В 1764 г. они просили Ф. Каменщикова, что бы он научил крестьян, «каким случаем не быть в послушании властям». С помощью этих же крестьян был организован побег Ф.Каменщикова.

В мае 1765 г. он появился в с. Охлупневском, близ Щадринска, представ перед крестьянами как «фуриер», т.е. курьер из Петербурга Михаил Иванович Ресцов, приехавший по указу Сената вести расследование об обидах и разорениях, которые испытали крестьяне от заводчика Демидова.

Итак, произошло перевоплощение Ф. Каменщикова в правительственного курьера. Но хотя чебаркульский казак объявил себя только «курьером», имя Петра III имело большое значение в его деятельности. Именно он стал носителем слухов в Зауралье о скрывающемся Петре Федоровиче. Крестьяне поверили «петербургскому курьеру» и под его руководством в 1765 г. написали на имя Екатерины II челобитную, раскрывающую историю приписки крестьян Масленского острога и Барневской слободы к демидовским заводам и последовавших в 1760—1761 гг. событиях.

Появление Ф. Каменщикова среди зауральских крестьян вызвало с их стороны новую волну неповиновения. Когда «курьер Ресцов», как называл себя Каменщиков, взял крестьянскую челобитную и отправился в Петербург, крестьяне стали отказываться от выполнения заводской повинности. Только в августе 1765 г. с Кыштымского завода сбежало более 100 крестьян. Ф. Каменщикову благополучно удалось добраться до Петербурга и даже передать челобитную в Сенат. Но в столице он был арестован и по его делу было начато крупномасштабное следствие. Ф. Каменщиков был признан преступником. Его наказали кнутом, вырезали ноздри, на лбу и щеках поставили указные знаки и в оковах отправили в Нерчинск на тягчайшие работы. Дальнейшая судьба уральского самозванца неизвестна.

Появление самозванца Е. Пугачёва

Другой крупнейший феномен самозванчества на Урале связан с именем знаменитого Емельяна Ивановича Пугачева, ставшего вождем последней крестьянской войны в России.

Решение объявить себя Петром III созрело у Е. Пугачева во время первых встреч с яицкими казаками. Появление Пугачева на Яике не случайно. В первоначальные его планы входила организация массового ухода недовольных порядками в Яицком войске казаков на Кубань. Земли Кубани тогда принадлежали Турции. В «Туретчине» Пугачев надеялся возродить порядки вольного казачества. В конце 1772 г., в один из своих приездов в Яицкий городок под видом купца, он «признался» казаку Д. С. Пьянову:

«…хоть поведаешь ты казакам, хоть не поведаешь…, только знай, что я — государь Петр III».

В августе 1773 г. он снова встречается с казаками. Вот тогда-то группой казаков, активных участников казачьих волнений в Яицком городке, Пугачев был признан Петром III.
Любопытная деталь: для того, чтобы уверовать в царское происхождение, казаки потребовали от Пугачева доказательств. Ими могли быть «царские знаки» на теле. У Пугачева были на груди и на левом виске следы, оставшиеся после тяжелой болезни.

«Ну теперь верим и за государя тебя признаем»,

— сказали казаки после того, как Пугачев показал их.

Но одного этого доказательства было недостаточно. В народном представлении законному претенденту на престол должна сопутствовать удача. Первые победы Пугачева укрепили веру в него как в государя. Для народа истинность Петра III — Пугачева доказывалась тем, что «его команды рассыпались уже везде», покорив многие заводы.

Поведение самозванца-царя должно было соответствовать нормам придворной жизни. Е. Пугачев не случайно пытался создать себе окружение из «генералов» и «графов», переименовывая сподвижников в графов Чернышова, Воронцова, Панина и др. Новые названия получали места, где укреплялись повстанцы: Сакмарский городок стал «Киевом», Каргала — «Петербургом», Берда — «Москвой». Эти переименования также создавали основу для веры в самозванца как истинного царя.

Стремление скопировать образ жизни того, за кого выдавал себя Пугачев-самозванец, привело и к попыткам создать повстанческую армию по подобию царской.

Манифесты Е. Пугачёва и идеология самозванца

Огромное воздействие на народное сознание оказывали указы и манифесты Пугачева-«Петра III». Именно в них государь представал в глазах народа как праведный и справедливый «народный» царь. В манифестах,

  • во-первых, подчеркивалось богоизбранность Петра III, законного царя и спасителя народа.

Все заботы о народе «Петр III» преподносил как выполнение заветов, полученных от Бога. Он заявлял:

«…от Бога дарованной мне власти обещаюсь, что впредь никакого уже вы отягощения не понесете».

Пугачев особо подчеркивал, что сам он «от создателя ( т. е. от Бога) создан» и объявился народу «для дарования милосердия». Народ мог воспринимать «Петра III» как пророка, посланника Бога.

  • Во-вторых, в манифестах и указах «царь-избавитель» не только даровал своим подданным землю, леса, рыбные ловли и «прочие угодья», но и провозглашал суд над угнетателями.

Для того, чтобы развеять сомнения некоторых людей в нецарственном происхождении Пугачева, его сподвижники приводили, на их взгляд, веские доказательства подлинности «царя Петра III».

Например, в воззвании «главной армии полковника» И. Н. Грязнова к жителям Челябинска говорилось, что дворянство изгнало Петра III потому, что он при вступлении на престол якобы приказал лишить его права владеть крестьянами.

Когда «Петр III» объявился народу, дворянство «вымысел сделало» , назвав его «бродягою, донским казаком Пугачевым» ». И. Грязнов авторитетно заявлял, что сам он верит ему и призывал к этому других: «чрез что вас уверяем не сумневатца и верить: действительно и верно государь наш истинно».

В манифестах, указах, воззваниях дворянство объявлялось главным врагом и крестьян, и спасшегося царя. Дворяне, как «злодеи, сребролюбцы», «мироеды», «несытые богатством», представали в образе людей, поправших христианские заповеди и достойных самой суровой расправы.

Манифесты воздействовали на сознание людей не только идеями, но и эмоциональным языком. Многие из них писались грамотными, не лишенными литературного таланта, людьми. Одним из создателей манифестов повстанческой Военной коллегии был Алексей Иванович Дубровский. Под этим именем скрывался сын мценского купца, до того времени служащий Златоустовского завода Иван Степанович Трофимов, примкнувший к повстанцам.

Предыдущая запись Волнения Яицких казаков
Следующая запись Крестьянская война под руководством Е. Пугачева 1773—1775 годов

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика