Документы об Оренбургской экспедиции - Строительство

Документы об Оренбургской экспедиции

Об истории Оренбургской экспедиции

Имея… попечение о наших подданных: прежнего башкирского народа и вновь в подданство пришедших Киргиз-кайсакских, также Каракалпакской орд — заблагорассудили, для лучшего их от всякого нападения охранения и защищения сделать вновь город при устье р. Орь, впадаюшей в Яик-реку… и при том всемилостливейше повелеваем чинить по
сей инструкции:

1. В-первых, нужно, чтобы вышеупомянутый город сделать и офундовать жительми, которому городу пожаловали нашу всемилостивейшую привилегию, дабы могли с надеждою в том городе купечество и пр. селиться и промыслы и торги порядочно и безопасно распространять; того ради стараться тебе всякими удобо возможными способы о строении того
города, и о умножении людьми, и о распорядке гражданском во всем, как пространно в привилегии описано…

17. Впрочем, что касается до металлов и минералов, кои наятися могут в ближних местах, в Башкирском и Киргиз-кайсакском владениях, в том поступать надлежащим образом, ища интересу нашему пользы и приводя к тому тамошний народ ласкою и награждением, чтоб не точию известное скрывали и таили, но и, вновь сыскивая, объявляли, и для того сделать в городе лабораторию, где всякие руды и минералы пробовать и по усмотрению проб в действительное произведение вступать, сколько возможность допустит…

19. К тому благовременному началу и для удобности в коммерции нужно сделать на Аральском море с нашу сторону в Киргиз-кайсакском владении пристань, и завесть свои суда с пушками, и тем морем действительно овладеть… а именно, под видом водяного хода на Яике-реке сделать малых судов, наподобие островок или дупель шлюпок десятка три или четыре, чтоб могли парусами и греблею ходить, и, разобрав, содержать готовыми со всяким такелажем…

22. Стараться о доброй экономии градской, и когда на Аральском море пристань и суда будут, чтоб не точию сысканием металлов и минералов польза нашего интереса быть могла, но такожде свободное и безопасное купечество… размножать и приласкать, а тем на содержание войска и на другие расходы, какие мочно, легкими способами доходы умножать, нужное к пропитанию человеческому: хлеб, скот и пр. — завесть…

Из инструкции И. К. Кирилову. 1734 г.

Объявляем во всенародное известие… И тако мы в рассуждении о сих новых наших подданных народах, кои с старыми нашими же подданными башкирцами и калмыцкими ордами в близости живут, и прежде всегда имели друг на друга нападения, и тем сами себя разоряли; наипаче же отправляющейся полезной коммерции в Великую Татарию, в Хиву, в Бухарию, в Ташкент, в Балх и в другие места многия в пути разорения наносили; за потребно изобрели вновь построить в город при устье Орь-реки, впадающей в Яик; дабы чрез то в покое, как оные орды в подданстве содержать, так и коммерцию безопасную в пользу нашего интереса и наших подданных иметь и для строения того города особливую нарочную экспедицию в немалом числе штатских и воинских чинов отправили… Сей новый город сею первою нашею привилегиею всемилостивейше жалуем и в предбудущие вечные
времена утверждаем:

1) Сему городу, с богом вновь строить назначенному, именоваться Оренбург, и во всяких случаях называть и писать сим от нас данным именем, в котором городе всемилостивейше жалуем и даем соизволение всем и всякого народа российским, кроме беглых из службы нашей, и людей и крестьян, в подушный оклад положенных, купечеству, мастеровым и разночинцам, также иностранных европейских государств иноземцам, купцам и художникам, и тутошним башкирскому народу, и живущим с ними, и новоподданным нашим киргизам, каракалпакским народам, и из азиатских стран приезжим грекам, армянам, индейцам, персам, бухарцам, хивинцам, ташкенцам, калмыкам и иным, всякого звания и веры,
приходить селиться, жить, торговать и всяким ремеслом промышлять, и паки на свои прежние жилища отходить свободно и невозбранно, без всякой опасности и удержания.

2) Такожде в первые три года, то есть с 1735 по 1738 г. для новости сего места, ни с каких товаров в казну нашу пошлин, опричь определенной городской части, не имать; а кто похочет селиться и жить, тем не точию безденежно места под дворы, кладовые, анбары, лавки отводить, но и сколько возможно к строению как лесными, так и каменными припасами из казны нашей помогать, за которые истинные деньги выплачивать в нашу казну без процентов по расположению в десять лет…

Указ о закладке Оренбурга. 1734 г.

Исетской провинции быть особо, и в ней быть особливому провинциальному воеводе в Чебаркуле, в которой подчинить Исецкой, Окуневской и Шадринской уезды, а к тому всех зауральских башкирцов по реке Аи и вершину Яика, и оной провинции быть в ведении к Оренбургу так, как Уфимская провинция, понеже оные провинции для Оренбурга весьма способны.

Воеводам же и приказным служителям на первое время, до рассмотрения, жалованье определить, а с башкирцов подарки и взятки брать жестоко запретить, чтоб от того впредь какого вреда не произошло…

Указ об учреждении Исетской провинции. 1737 г.

Е. и. в. за собственноручным подписанием на учиненном от Правительствующего сената докладе всемилостивейше указать соизволила:

быть в Оренбурге губернии и именоваться Оренбургская губерния, и в ней быть губернатором тайному советнику Неплюеву. А во оной губернии ведомым быть всем тамошним по той Оренбургской комиссии вновь построенным, и кои ныне строятся, крепостям и определенным в них регулярным и нерегулярным войскам и прочим поселившимся людям, которым указами позволено, и всякими делами и надлежащими сборами. Да той же губернии под ведомством состоять по-прежнему Исетской провинции и с Зауральскими башкирцами. Да ныне вновь в ведомство той губернии подчинить и Уфимскую провинцию со всеми Башкирскими делами таким порядком, как в прочих губерних провинции приписаны.

И в вышеписанные Уфимскую и Исетскую провинции определять воевод и их товарищей по рассмотрению сенатскому, как в прочие провинции оные определяются, и состоять им под указами Оренбургской губернии. А особо той Уфимской провинции и в ней вице-губернатору не быть, также и Оренбургской комиссии делам быть в той губернии, а особливою комиссиею не именоваться.

Ему ж, губернатору, ведать и киргизский народ и тамошние пограничные дела так, как поныне в Оренбургской комиссии находятся.

Указ Сената об учреждении Оренбургской губернии. 1744 г.

О закладке Челябинского городка и первопереселенцах крепостей Исетской провинции

Вашему превосходительству покорно доношу: сего сентября 2 дня на реке Миясе в урочище Челяби от Миясской крепости в 30 верстах заложил город, где, оставя для строения оного Челябинского городка и кошения сена надежную команду, регулярную и нерегулярную, и несколько мужиков, сего же сентября 10 числа прибыл я с командою моею в
Чебаркульскую крепость благополучно…

Донесение полковника Алексея Тевкелева В. Н. Татищеву. 1736 г.

Из переписи населения крепостей 1739 г.

Сего 742 году генваря 20 дня явился в Исетской провинциальной канцелярии Алексей Семенов сын Романов и сказал о себе, что он родом Архангелогоротской губернии города Тотмы волости, вотчины деревни великого двора дворцовой крестьянин. От роду ему 25 лет и в 737 году записался в Мияскую крепость со отцем своим Семеном и с   братом Афанасьем в казаки. И был-де отпущен на прежнее жилище с пропускным письмом для взятья жены своей, которую-де оттуда и привез ныне с собою, зовут ее Орина Иванова дочь. А по справке в Исетской провинциальной канцелярии он, Алексей, с братом Афанасьем в ведомости Макара Дурасова написан таков и в переписи капитана Рагозина отец его
Семен и помянутой брат Афанасий с протчими Мияской крепости казаками написаны ж. Того ради он, Алексей, послан при сем во оную Мияскую крепость, которого и числить с протчими казаками и под дворовую селитьбу и под пашню места и сенные луга отвесть ему против протчих казаков.

Указ из Исетской провинциальной канцелярии в Миасскую крепость
о зачислении в казаки бывшего дворцового крестьянина
Архангельской губернии Алексея Романова с семьей. 1742 г.

В Челябинской крепости:

Григорий Ермолаев сын Красильников двадцати семи лет, у него жена Пелагея Максимова дочь двадцати, дети Домна пяти, Афонасей году. Родом города Сарапула села Данилова дворцовой крестьянин, с прежнего жилища сошел от хлебной скудости назад тому четырнадцать лет и жил в городе Сакмаре три года. В подушной оклад на прежнем
жилище нигде не положен. В 736 году в Чилябинскую крепость записан полковником Тевкелевым…

Яков Михайлов сын Невзоров тридцати восьми, у него жена Василиса Васильева дочь тридцати пяти лет, у них дети Марья девяти, Авдотья семи, Алексей трех лет. Родом Исетской провинции Шадринского дистрикта деревни Деминой, дворцовой крестьянин. До возрасту воспитан дядею своим Афанасием Невзоровым. В подушной оклад положен того же Шадринского дистрикта в деревне Воробьевой в одной душе и платил подушные деньги по 739 год. В Чилябинскую крепость записан в 736 году полковником Тевкелевым.

…Дементей Васильев сын Калинин тридцати лет, у него жена Матрена Васильева дочь сорока лет, у них сын Малафей восьми, у его ж брат Яков двадцати трех лет. Родом Соли Вычегодской Коряжецкого монастыря крестьянин, оттоль сошел от хлебной скудости с отцом своим Васильевым назад тому двадцать три года и жил в Кунгурском уезде десять лет да Верхотурского города Ирбитской слободы в деревне Шмаковой десять же лет, а отец его в Кунгурском уезде умре. В подушной оклад на прежнем жилище не положен для того что сошел с прежнего места до переписи. В Чилябинскую крепость записан в 736 году полковником Тевкелевым.

Никита Прокопьев сын Кондаков двадцати лет, жены и детей не имеет. Родом отколь бывал — про то он сказать не знает, понеже с прежнего жилища свезен отцом его в малых летах, токмо де отец его сказывал Тотемского уезду, а которой волости того сказать не знает. В подушной оклад на прежнем жилище положен ли — про то сказать не знает же. В Чилябинскую крепость записался отец ево, а кем — того сказать не знает, а отца убили башкирцы. Записан кем не знает.

Семен Пантелеев сын Ярославцев шестидесяти семи лет, у него жена Марья Григорьева дочь пятидесяти семи, у них дети Дмитрей двадцати двух, у него жена Александра Федорова дочь сорока пяти, у них дети Степанида семнадцати, Матрена шестнадцати, Василий десяти, Федор семи лет. Родом города Ярославля в слободе Тверитинской. Дворцовой крестьянин, с прежнего жилища сошел с отцом своим в Москву и жили в Москве двадцать лет, отец его там и умре, а он остался с братом своим Осипом и оттоль сошли в Питербурх и жили десять лет, а из Питербурха сошли и жили на прежнем жилище два года, а с прежнего жилища сошли на Невьянской дворянина Демидова завод и жили в работе два года, а с завода сошли Исецкой провинции в Долматов монастырь и жили два же года. В подушной оклад нигде не положены. В Чилябинскую крепость записан в 736 году полковником Тевкелевым…

Лазарь Елисеев сын прозванием Колбин от роду сорок два, у него жена Татьяна Остафьева дочь сорока, у них дети Осип четырех, Парасковья десяти, у него брат Кондратей семнадцати лет. Родом Вологодского уезду Катромского монастыря деревни Карачуновой, того монастыря крестьянин. С прежнего жилища сошел с отцом своим к Соли Камской и
жили лет с двадцать и оттоль пришли с отцом своим да с братом Исецкой провинции Шадринского дистрикта в Долматов монастырь в деревню Першину и жили года с три. В подушной оклад нигде не положены. В Чилябинскую крепость записан в 736 году маэором Шкадером.

Иван Иванов сын Согрин сорока пяти лет, у него жена Анна Васильева дочь сорока пяти, у них дети Спиридон двенадцати, Олена шести, Февронья восьми, у него брат Емельян тридцати лет. Родом города Устюга дворцовой крестьянин, с прежнего жилища сошли назад тому лет семь и пришли в Долматов монастырь и жили в том монастыре два года. В подушной оклад положен во оном городе Устюге, токмо по отбытии оттоль подушных денег не оплачивали. В Чилябинскую крепость записан в 736 году полковником Тевкелевым…

Леонтий Яковлев сын Уржумцов пятидесяти четырех, у него жена Марфа Сергеева дочь пятидесяти, у них дети Андрей Двадцати пяти, Осип двадцати, Семен пятнадцати, Федор двенадцати, Михайло десяти. У Андрея жена Татьяна Иванова дочь двадцати пяти, у них дети Максим восьми, Петр трех, Анна девяти. У Осипа жена Татьяна Никулина дочь двадцати пяти, у Семена жена Софья Афонасьева дочь двадцати лет. Родом города Малмыжа дворцовой крестьянин.

С прежнего жилища сошел назад тому тридцать четыре года и пришед Исецкой провинции Шадринского дистрикта в Маслянскую слободу. В подушной оклад положен во оном Маслянском остроге в четырех душах. В Чилябинскую крепость записан в 736 году полковником Тевкелевым…

Федор Дмитриев сын Дудырев двадцати двух лет, у него жена Соломея Дмитриева дочь двадцати двух лет, брат Семен осьмнадцати лет. Родом Исетского дистрикта Бешкильской слободы дворцовой крестьянин, оттоль сошел в малых летах с отцом своим в Теченскую слободу и жил в той слободе двадцать лет. В подушной оклад положен во оной Течинской слободе и платит с одной души. В Чилябинскую крепость принят и записан по желанию своему в казаки в прошлом 736 году господином полковником Тевкелевым…

Кирило Яковлев сын Жаравлев тридцати четырех лет. Родом Серпуховского уезду Высотского монастыря, деревни Нижней монастырской крестьянин и в 733 году отпусчен Сибирского пехотного полку с летней квартиры для прокормления работою своею, оного ж 733 году декабря до 30 числа от хлебной скудости на что имея печатную покормленную и доживя до сроку на прежнее жилище не пошел, для того там и ныне хлебом великая скудость и после сроку жил на Невьянском дворянина Демидова заводе один год, да в Долматове монастыре два года. В подушной оклад положен на прежнем жилище. В Чилябинскую крепость записан в 736 году полковником Тевкелевым…

Переписная книга населения Челябинской крепости. 1740 г.

Приобретение Я. Б. Твердышевым земли для территории Симского завода

В 1760 г. по просьбе Я. Б. Твердышева провинциальная канцелярия вызвала в Уфу группу башкир Шайтан-Кудейской волости во главе с сотрудником Юлаем Азналиным. Приказчик Твердышева заявил о том, что его хозяину «потребна» земля этой волости. Башкиры не дали согласия на продажу земли. Уфимский воевода взял с них подписку, что они поедут на Катав-Ивановский завод и начнут переговоры с самим Твердышевым. Но и встреча с заводчиком окончилась безрезультатно, так как тот требовал слишком много земли, а башкиры предлагали небольшую площадь.

Твердышев решил прибегнуть к помощи губернских властей и к подкупу части вотчинников. Губернская канцелярия несколько раз посылала солдат за Юлаем Азналиным, но он всячески уклонялся от явки в Оренбург. В 1762 г. командой из оренбургского гарнизона Юлай и несколько его товарищей насильно были привезены на Катав-Ивановский завод. Здесь в присутствии Твердышева им был зачитан указ губернской канцелярии немедленно решить вопрос об отдаче земли заводчику. Юлай вынужден был дать подписку о прибытии в Оренбург для заключения сделки, но не спешил с выполнением обязательства.

В это время в волости обострилась борьба между двумя группами общинников. Часть башкир пошла за Юлаем, защищавшим хозяйственно-экономические интересы вотчинников. Вторую группу возглавил отставной старшина Шиганай Бурчаков. На переговоры в Уфу в 1760 г. ездил он. А в августе 1762 г., видимо, заключив сделку с Твердышевым, он послал в Оренбург своего сына и других послушных ему башкир, которые и дали заводчикам запись об отдаче земли в оброчное владение. Хозяйству вотчинников был нанесен значительный ущерб.

Сделка была заключена вопреки общей воле башкир волости. Идя на предательство интересов общинников, богачи и их прихвостни рассчитывали на щедрость заводчиков, в руки которых перешли тысячи десятин общинной земли. А Твердышев и губернская администрация сознательно нарушили закон, по которому договор о покупке или аренде земли должен был заключаться со всеми членами башкирской общины, являвшимися юридическими собственниками земли.

Юлай Азналин не мог примириться с подобными злоупотреблениями и обманом. Став старшиной, он долгие годы пытался восстановить справедливость. Но все его судебные тяжбы закончились поражением: Юлай и отстаивавшие свои права башкиры были приговорены к крупному штрафу в 600 рублей.

…На этой спорной земле Твердышевым были поселены две деревни крепостных крестьян для Симского завода…

Гудков Г. В., Гудкова 3. И. Из истории южноуральских заводов

Деятельность первого оренбургского губернатора И. И. Неплюева

В течение шестнадцатилетнего управления Оренбургским краем Неплюев работал с энергией и самоотверженностью своего учителя, Петра Великого, и, подобно сказочному герою, как бы напоил этот край живой водой и пробудил его от смерти к жизни. Благодаря его необыкновенным трудам и энергии, малонаселенный, дикий и беспокойный раньше край начинает организовываться в стройное целое. Переселенцы из центральной России, привлекаемые Неплюевым на выгодных условиях, заводят здесь новые поселки и слободы; обрабатывают еще нетронутая плугом земледельца новины, строят во многих местах православные храмы; прокладывают дороги и наводят мосты через реки, овраги и гати.

При Неплюеве впервые устраивается почтовый тракт от Оренбурга и Троицка до Москвы и других центральных городов России, причем содержатели почтовых и разгонных лошадей получают особые льготы. Чтобы обезопасить путь для торговых караванов через киргизские степи в Хиву, Бухару, Ташкент и другие места Средней Азии, Неплюев старается приласкать и расположить к России киргизских ханов, старшин, биев и… простой народ.

Овладев, при своем изворотливом дипломатическом уме, «вратами и ключом к среднеазиатским странам», т.е. киргизскими степями, Неплюев положил прочное начало торговым сношениям русских купцов с среднеазиатскими народами и чрез то получил возможность покрывать все расходы по управлению краем посредством пошлинного сбора с товаров. В то же время Неплюев освобождает тысячи пленных из киргизской неволи; заселяет и укрепляет Яицкую линию, простиравшуюся более чем на тысячу верст; воздвигает новыя крепости, форпосты и редуты по рекам Самаре, Ую, Миясу и Тоболу для обороны русских поселенцев края от башкир, киргиз, калмыков и зюнгорцев, а в самом центре Башкирии устраивает Зелайрскую крепость, комендант которой должен был наблюдать за тишиной и спокойствием внутри Башкирии.

Таким образом, Неплюев устроил целую линию военных поселений, которыя, окружая башкирцев со всех сторон и перерезывая Башкирию, отделили их от киргизцев и других инородцев…

Для улучшения экономического состояния жителей Оренбургского края, Неплюев указывает на новые источники доходов, причем, согласно плану Петра Великого, обращает особое внимание на развитие торговли и промышленности в крае. До Неплюева не было ни одного завода в Оренбургском крае, а при нем было устроено и открыто 13 железоделательных
и 15 медеплавильных заводов, благодаря предприимчивости и энергии симбирского купца И. Б. Твердышева, братьев Мосоловых, Мясникова и др. лиц, которых старался всегда поддержать, воодушевить и поощрить мудрый начальник края. Чтобы оградить имущество и личную безопасность каждого законом, Неплюев преследует пьянство, воровство, грабежи, взяточничество и отдает под суд за взятки даже уфимского губернатора П. Д. Аксакова, устранив его от должности…

По отношению к крещеным инородцам Неплюев более всего стремился к тому, чтобы они сделались христианами не по имени только, а внутренно соединились бы с Русским народом и с непритворным уважением приняли религиозныя основы его жизни и быта…

Но угрожая, на основании Соборнаго Уложения, смертной казнью проповедникам Ислама за совращение других в магометанство, Неплюев держал себя с ними дружелюбно и веротерпимо в обыкновенных делах, стараясь внушить им доброе к себе и должное уважение к закону… Не оставил Неплюев без внимания и вопроса об образовании, на которое он, подобно своему Великому Учителю, смотрел больше с утилитарной точки зрения: ему нужны были хорошие и грамотные толмачи, писцы и канцелярские чиновники, которые бы знали «азиатские диалекты», — и вот он, для образования и подготовления таких лиц, открывает в Оренбурге татарскую школу, из которой вышло немало полезных помощников Неплюеву в его управлении инородческим краем, а наиболее способные из них были даже определяемы священниками в инородческие приходы.

В Ставрополе, на Волге, была открыта школа для детей крещеных калмыков и переведены на калмыцкий язык десять заповедей и главнейшия молитвы… Неплюев заботился о
распространении грамотности среди Яицких и Оренбургских казаков.

…Высокие качества его глубоковерующей и благородной души особенно ярко отразились в предсмертном письме его к своему сыну… Как бы предвидя необходимость помощи крестьянину со стороны интеллигентного человека, умирающий отец дает следующее высокогуманное наставление своему сыну: «подчиненным твоим, и паче крестьянам, будь больше отец, нежели господин, имея присно в памяти Слово Божье: «милости хошу, а не жертвы», и что они такие же люди, как и ты, кроме чинов и власти, данной тебе гражданскими законами».

Это завещание умирающего труженика земли Русской получает особенную цену, когда мы сопоставим с ним его современников — помещиков, ничего не делавших и руководившихся другим убеждением: «не давай крестьянину обрасти, но стриги его, яко овцу, догола». Воспроизводя мысленно всю трудовую жизнь Ивана Ивановича Неплюева, мы искренне и вполне убежденно говорим, что это был не только опытный моряк, неустрашимый воин на море и суше, искусный инженер, мудрый дипломат, энергичный и разумный администратор и колонизатор, но и прекрасный отец семейства, искренне и убежденно верующий христианин, хотя и нечуждый общечеловеческих слабостей,— словом, Неплюев был цельный человек, в лучшем значении этого понятия, что особенно и делает его симпатичным в истории России XVIII в. и в мнении о нем потомства…

В. Н. Витевский. И. И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 г.

 

Предыдущая запись Яицкое и Оренбургское казачество в XVIII веке
Следующая запись Протесты со стороны приписных крестьян, мастеровых, работных людей на Урале

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика